– Разорви вас Ветер! – в отчаянии сказал Эрик. – Теперь вы запутали все окончательно.

– Учитель полагал Вселенную организмом, который стремится себя не только сохранить, но и познать. Количество жизни в ней неизменно, а каждый из нас движется во времени словно бы в коридоре, узком либо пошире, при этом даже не замечая изгиба стен. Но рано или поздно кольцо замыкается.

– И тогда мы умираем?

– Всего лишь меняем оболочку, – ответил Тэн. – Ибо, повторяю, жизнь бесконечна, но именно благодаря замкнутости. И кем мы окажемся в новом круге, зависит от того, кем мы стали к концу предыдущего.

– А кем можно стать? – удивился Эрик. – Рабом, трехбуквенным, императором?..

– Глупости, – улыбнулся жрец. – Кому важны внешние признаки? Существует семь ступеней духовной свободы, и смысл в том, чтобы стремиться к верху этой пирамиды. Ибо тогда бессмертие обретает не только жизнь, но и разум. Лишь первоступенные сохраняют память при переходах от воплощения к воплощению и вкушают от мудрости Мирового Духа… Конечно, если не считать двуполого Божества. Но долог и труден путь к вершине – куда проще скатиться вниз.

Ю вдруг утратила интерес к разговору и двинулась вдоль стены, впитывая в себя картинки, будто рассчитывала разобраться с ними потом. Да и Эрик неожиданно заскучал – одновременно с ней либо чуть позже.

– Спасибо за лекцию, Тэн, – сказал он. – Будем считать, мы отметились здесь. А теперь отведите нас к Hope.

2

Пустота показалась Горну тесной и затхлой, похожей на старое, сморщенное, продранное во многих местах полотнище. Наверное, разбуженная в нем стихия уже не умещалась внутри привычного пространства, и все же никогда Горн не ощущал такого восторга. Обратясь в луч, он с упоением рванулся в даль, вдруг ставшую близкой, и мчался все быстрей, пока что сторонясь прорех.

Внезапно вспомнив про Хранителей, круто развернулся и так же резво бросился обратно, высматривая знакомую планету, успевшую уже затеряться в складках пространства. А вернувшись к ней, обнаружил плотную цепочку жрецов, поспешно отступающих через Окно, распахнутое прямо на песке, – видно, открывать проходы они умели только вблизи поверхностей.